Демонтаж тяги. Батраков Е.

ДЕМОНТАЖ  ТЯГИ 

«…познаете истину, и истина сделает вас свободными». 

Евангелие от Иоанна, 8:32.

I

Очевидно, только вовсе уж обкуренный курильщик не согласится с тем, что нечеловеческая сила тяги несравненно сильнее человеческой силы воли.

Но что ж оно такое эта тяга?

С.И.Ожегов без особых семантических кренделей и наукообразностей сказал так: «тяга – стремление, тяготение к чему-нибудь»1.

К чему же тянет курильщика?

И – почему?

Каждый, кто курил сам или наблюдал за курильщиком, знает, что есть периоды, когда последний решительно ничем не отличается от людей, ведущих здоровый образ жизни, и знает, что периоды эти как-то вдруг заканчиваются, и очередная «раковая соска» вновь испускает окрест вонючий, ядовитый, наркотический дым…

Что ж это за момент, когда человек нормальный становится ненормальным? И по какому сигналу он вдруг узнает о том, что вот именно сейчас необходимо переходить с чистого воздуха на дым – коктейль, состоящий из газов, жидкостей и твердых веществ?

Этот момент я обозначил таким понятием, как ситуация – сумма изменившихся условий среды, к которым нужно адаптироваться (приспосабливаться). Ситуация – это когда человек вышел из дома или сел за руль своего авто, или получил новость, или окончил прием пищи, или собрался приступить к работе, или взял тайм-аут…

Любая смена значимых для субъекта условий замечается им, как ощущение – волнения, напряжения, тревожности, страха… Ощущение, по сути, это и есть тот сигнал, который запускает в мозгу прокурительную программу приспособления к изменившимся условиям среды с помощью сигареты. Сигарета, таким образом, есть средство достижения цели – восстановление удовлетворительного психического состояния. Если же сигарета абсолютизируется, рассматривается, как средство наилучшее и даже единственное, то данное обстоятельство неизбежно формирует и тягу к курению.

А как избавиться от этой тяги?

Нужно устранить предшествующее ей психическое напряжение. Нет напряжения, нет мысли и, соответственно, нет и тяги. Устранить напряжение не с помощью «раковой соски», но с помощью тех, естественных средств, которые с успехом используют люди некурящие, т.е. с помощью новых, альтернативных вариантов поведения.

II

И было бы все именно так и просто, и легко, если б не наличие у курильщика еще одного, второго вида тяги – тяги к сигарете, которая используется для снятия раздражения и дестабилизации организма, вызванного противоядием, не нашедшим яда.

Нарколог, проходящий у меня курс дезалкоголизмии, заслышав вдруг подобную дичь, тотчас впал в изумление чрезвычайное и явное: «Так, стал быть, тяга это…?!..»

Ответим на этот простой, в сущности, вопрос путем сложнейших размышлений.

Известно каждому, кто привык питаться регулярно, что за десяток минут  до принятия пищи в мышцах лица появляется некоторое напряжение, во рту –  слюна, «посасывает под ложечкой», и, как утверждают люди знающие, выделяется желудочный сок…

Так организм готовится к приему пищи.

А готовится ли он к приему яда?

А если да, то не желудочным же соком он при этом вооружается?

А нельзя ли сказать, что то, чем он вооружается против яда, есть не иначе как противоядие?

А если противоядие есть, а яда – нет, то как же протекает сосуществование организма с тем, что оказалось не у дел?

Мне думается, что тут для понимания непонятного вполне может сгодиться как бы даже, скажем поизящнее, не то, чтобы зарисовка с натуры, но – метафора.

Было это лет несколько тому назад. По приказу командования своего мастрячили солдатики понтонный мост через сибирскую реку аккурат в том местечке, где раскинулись скромные дачи горожан. Но, то ли работа не задалась, то ли рук в избытке стало – образовалось у тех защитников Отечества пропасть свободного времени. А на дворе – дарами обильная осень, а дворы, то бишь огороды – за городом. И – ? И застонали дачники окрест, страдая от нашествия военных…

Так ведь то – плоть от плоти народной. А дела – антинародные. Что ж тут говорить о блуждающем безработном противоядии, неизбежно становящемся подобием яда?

И не оно ли вызывает столь сильное раздражение и даже состояние, похожее на интоксикацию, в том случае, если хотелось закурить или выпить, а не удалось? И не оно ли порождает то, что мы называем тягой второго вида? Тягой к сигарете.

Но – зачем же нам эта сигарета?

А затем, что мы хотим избавиться от неприятных ощущений, вызываемых противоядием. А чтоб избавиться от этих ощущений, нужно устранить с арены само это противоядие.

Как?

Нет ничего проще, Ватсон! Нужно просто курнуть. (Или глотнуть, если речь идет о спиртном. Или уколоться, если речь идет о героине).

И наркотический яд сигареты, взаимодействуя с «ядом», именуемым выше противоядием, в считанные секунды нейтрализуют друг друга, подобно тому, как это происходит со щелочью и кислотой, и становится легко, хорошо и комфортно…

Положительная эмоция, кстати, это ведь не воздействие на некий мифический центр удовольствия и не результат выброса в кровь «ферментов счастья», но побочный эффект снятия напряжения. В нашем случае возникающая положительная эмоция связана еще и с парализацией нервной системы комплексом ядовитых веществ, входящих в состав табачного дыма. И, кроме того, эта положительная эмоция является еще и тем самым подкрепляющим фактором условного рефлекса, известного, как вредная привычка курить сигареты. Например, курить по прибытии на дачу.

Момент прибытия есть ситуация, а ситуация это момент смены условий, что обнаруживается нашим самочувствующим «Я», как избыток психического напряжения, т.е., как сигнал о наличии опасности. И тут можно либо устранить ту опасность, о которой мы проинформированы, либо нейтрализовать сам сигнал. Курильщик привык к последнему: привык это делать не как люди, ведущие здоровый образ жизни – с помощью естественных, безнаркотических средств, но посредством парализации своей собственной нервной системы ядами, находящимися в сигаретном дыме.

Рассмотрим этот случай, но не как иллюстрацию, показывающую механизм упрочения рефлекса, а как возможность понять тягу второго типа.

Итак, момент прибытия на дачу – ситуация, вызывающая напряжение. А от напряжения, как прописано у нас в мозгах, можно и нужно избавиться, выкурив «хорошую сигарету». И мы даже верим в то, что именно так и нужно делать. Поскольку это помогает. Да и вообще каждый, уважающий себя курильщик, просто обязан, попадая на дачу тут же солидно самоотравляться дымом. И вот мы уже потянулись за сигаретой… Но тут вдруг оказывается, что сигареты-то у вас нет?! Ни в кармане, ни в другом кармане, ни в бардачке?!

Ну, дома забыли. Бывает же такое!

И что тогда?

Ведь поскольку мы должны были закурить, начать вводить в себя скопище ядов и просто вредных веществ, – да мы уж сотни раз так делали, – то у нас в организме и появилось, как мы думаем, противоядие. И вот оно уже носится по всему организму и требует: «Давай яд!», а яда – нету… И тогда?

И тогда противоядие, ну не прокисать же ему, начинает за неимением под рукой ничего лучшего, «отравлять» нас самих – вносить расстройство в слаженную работу нашего организма. Вот она – благодарность! Грызем руку кормящую!

Мы с вами не знаем, так ли оно на самом деле, но мы-то с вами не очкарики какие-нибудь, мы – практики-курильщики, и нам доподлинно известно, что если не закурить, когда закурить просто обязан, то худо будет.

Ну, будет. А что было бы, если б вы, – а вы – шахтер, – на полпути на эту дачу вдруг сообразили – да мне ж на смену сегодня?! На работу! В шахту!

И вы, резко развернувшись, путем пересечения сплошной полосы, отправились в обратную сторону. И в то самое время, когда б вам было худо на даче, вы находитесь глубоко под землей. Как вы думаете, а в шахте была б у вас тяга? Была б мысль о курении?

Я знаю, что скажете вы, но послушайте, что скажу я.

В 1989 году в Черногорске (Республика Хакасия) я проводил курс по избавлению от вредных привычек. И вот, на одном из занятий встал мужчина близ пенсионного возраста и поставил вопрос ребром:

«Евгений Георгиевич, я уже месяца как полтора собираюсь бросить курить. С этой целью взял в библиотеке стопу книг – читаю, морально подготавливаюсь. Но вот, что озадачивает: в книжках никотин называют наркотиком, к которому человек так сильно привыкает, что жить без него, якобы, уже не может никак. Я бы с этими писателями вполне согласился, если б работал не в шахте, а где-нибудь в другом месте. Дело в том, что я курильщик-то будь здоров какой: я каждую ночь по два раза встаю, чтобы покурить! Но, вот иду я утром на работу, спускаюсь в шахту, нахожусь там целых шесть часов и – все эти часы ни мысли о сигаретах, ни тяги, ничего! 

Так что ж это никотин за наркотик такой, что он в шахте не действует?!..» 

Буквально в следующей группе был офицер-ракетчик, дежурства которого проходили также в недрах. И тоже подтвердил: 12 часов нахожусь на боевом посту и – никакой тяги, никаких мыслей о курении.

Был в группе и мичман-подводник. Рассказал: «Есть субмарины последних проектов, которые оборудованы спецпомещениями с мощной вентиляцией, где курить можно, а на нашей – курилка проектом предусмотрена не была, и, соответственно, курить не разрешалось. Так вот, уходим в дальний поход, порой на несколько недель, но – ведь никаких мыслей о сигаретах».

В Саяногорске мне мужчина рассказал такую историю: «У меня как-то сильно заболела жена, а квартирка у нас – маленькая, однокомнатная, ну и как-то неудобно было при жене курить, и я не курил. А тут ребенок родился – и опять курить нельзя. И так я в это «нельзя» втянулся, то когда дома сидел субботу, воскресенье – я ж два дня подряд не курил! Вообще!»

Так что ж это никотин за наркотик, если он по выходным дням не действует?

В году 1989-ом я проводил занятия в Минусинске. Женщина, проходившая курс, рассказала: «Я курю всю жизнь, но вот, что удивительно: иду на работу, нахожусь там 8 часов, потом еще могу по магазинам пойти, и – все это время я не курю?! Я всю жизнь прокурила, но у меня до сих пор в голове не укладывается, как это женщина! при людях! может закурить?! Я себе это представить не могу».

Так вот, спрашивается: кто же управляет нашим желанием, и кто создает тягу – наше тело или наша голова?

А проблема курения является проблемой физической или умственной?..

Почему у шахтера нет тяги в шахте? Потому что у него в голове присутствует совершенно ясная информация: напряжения, ситуационно возникшие в шахте, убирать с помощью курения нельзя на 100 %, не на 99, на 100. Взорвешься!

А коль нельзя, и он в это верит, то нет противоядия, и нет тяги.

Исходя из этих наших соображений, мы с вами уже понимаем: чтобы убрать тягу нужно выйти на уровень понимания, что табаком мы не можем дышать не только в шахте под землей, но и на земле тоже.

Курить нельзя нигде, ни с кем и никогда.

Что вам мешает отказаться от курения прямо сейчас? Тяга. А тяга почему? Потому что вами еще не принято твердое решение отказаться от курения. А не принято почему? Потому что есть в голове ряд сомнений, порождающих всевозможные колебания.

Но почему же так необходимо принять именно твердое решение?

Приведу еще один пример.

В конце 1988 года я проводил десятидневный курс по методу Г.А.Шичко в красном уголке абаканского радиопередающего телецентра. Это была моя первая группа. И на курс, кроме всех прочих, пришли три деда каждый с полувековым стажем курения. Когда я об этом узнал, я внутренне просто безнадежно ахнул. И подумал: ну, все, впереди меня ждет позор – я ничем не смогу им помочь.

И вот, проходит 2-е занятие, проходит 3-е занятие, и вот уже окончание 4-го, а по окончанию – публичный ежедневный самоотчет: каждый из проходящих курс, встает и докладывает мне, себе и всем присутствующим, сколько выкурено за прожитые сути, как он относится к курению и сколько выкурит завтра. Так вот, доходит очередь до первого деда, он поднимается и нагло заявляет: сегодня – не курил.

Внешне я был суров и невозмутим, но внутри меня – даже кровь застыла.

Доходит очередь до второго деда, дед поднимается и – сегодня не курил.

Третий – не курил!

А 32-летний Сергей Андреевич Арефьев, ныне председатель регионального отделения СБНТ по Хакасии, – на тот момент у него был стаж курения каких-то там 10 лет, – отказался только на шестом занятии?!

Люди, с полувековым стажем, на четвертом занятии, а он, с каким-то там десятилетнем стажем – на шестом.

Не один месяц я размышлял над этим престранным фактом. И не нашел ничего умнее, как объяснить разницу результатов разницей характерных черт тех, кто проходил курс.

Чем отличаются пожилые люди от молодого человека? Пожилые прошли сквозь прожитую жизнь, как сквозь сито, когда, как раньше говорили, колебаться можно было только вместе с политической линией партии. Самостоятельных уклонистов – и правых, и левых – попросту отстреливали.

Это, во-первых.

Во-вторых, они жили в атмосфере, когда господствовал принцип: обсуждение, дискуссии¸ полемика, разговоры и т.д. идут до принятия решения. Как только решение принято, все – говорильня закончилась! Делаем дело. Именно так они  привыкли жить.

И вот, эти люди пришли избавляться от курения. А 3-е занятие у меня было полностью посвящено именно курению. И это они восприняли, как сигнал: раз Евгений Георгиевич делает доклад про табак, а мы от табака пришли отказываться, значит, нужно отказываться.

И они приняли решение. Дружно, не сговариваясь друг с другом.

Чем же на тот момент отличался от них наш Сергей Андреевич? Сейчас он, конечно, уже совсем другой человек – мужественный, окрепший, заматеревший. Это сейчас. А тогда был таким, про которых говорят «у них семь пятниц на неделе»: с утра настроен покончить с курежкой, после обеда заколебался, к вечеру засомневался, на ночь глядя дал себе самому твердое слово окончательно и бесповоротно бросить утром, а утром подумал, что можно же бросить и после обеда…

А коль человек колеблется – то бросаю, то не бросаю – понятно, у него появляется противоядие, неизбежно порождающее муки абстиненции.

Почему у шахтера в шахте нет тяги? Потому что он и тени сомнений не допускает, он на 100 % знает, что в шахте нельзя курить. На 100 %! И поэтому никакого противоядия и никакой тяги.

Еще одну иллюстрацию добавлю.

Проходил у меня курс героиновый наркоман, рассказавший: «Я как-то решил сам перебороть свое пристрастие. С этой целью запер дверь, телефон отключил. Три недели я никуда не выходил, не спал, не ел – переламывался. И вот, наконец-то, вроде бы полегчало, вроде бы беда осталась позади… Вышел в свет и в люди. Но через какое-то время опять сорвался, опять начал систематически колоться, а еще через какое-то время за кражу загремел в КПЗ.

 И вот, сижу я в камере на нарах, и начинаю понимать, что выпустят меня отсюда не скоро, «ширево» достать здесь – не реально, принести дозу мне никто не принесет. И вы представляете: вся эта моя ломка наркотическая на этот раз закончилась к концу третьего дня! Как вы это объясните?»

Я говорю: что ж тут объяснять? Ваша собственная голова совершенно четко поняла: наркотика не будет! Ни сейчас, ни через час, ни завтра. Причем, если первые два дня еще были какие-то надежды и сомнения, то на третий-то день стало совершенно ясно: ну, не будет! И на 100 %. Ну, а раз не будет, то какой же смысл вырабатывать противоядие? Оно и перестало вырабатываться. Соответственно, исчезла и вся ваша ломка, и вся ваша тяга. Ведь что такое ломка – наркотическая, алкогольная, никотиновая? Это состояние общей дисфункциональности организма, вызванное собственным противоядием.

Вот, почему так важно для легкого, безболезненного и безрецидивного отказа от курения, а также для устранения тяги второго типа принять абсолютно твердое решение, основанное на внутренней бесконфликтности и на достаточной информированности.

 

III

Решение… Что это? Просто себе самому сказанное: «Лучше сдохну, но не закурю»!? Так ведь таких фраз и фраз похлеще каждый курильщик говаривал и не единожды, и преизбыточно. Не шибко-то они, похоже, и работают, фразы эти…

Почему же?

Ну, прежде всего, нужно иметь в виду то, что курение, как и питие спиртного, может быть простой трансформацией неосознанного нежелания жить, порожденного тем, что не понят, не оценен, не принят, не удостоен, не приглашен, не возвеличен ни за прекрасные намерения, ни за смелые попытки, ни за сделанные шаги… Осуществленное не оценили, а на большее – сил нет. И вот уже бремя трудов ежедневных низводится до суеты, а последняя определяется, как тщета и бессмыслица… И тогда накатывает состояние, как у В.С.Высоцкого в «Балладе об уходе в рай»:

Ах, как нам хочется, как всем нам хочется

Не умереть, а именно уснуть.

Это о тех, кому и тошно жить, и умереть не в радость.

Зря ли курение называют «медленным самоубийством»? Выбирается медленное, когда на быстрое не хватает ни решимости, ни мужества: самоодурманивание это отказ от борьбы, от сопротивления, т.е. капитуляция, осуществляемая для самозащиты. Вот почему так важно приступая к работе с курильщиком не только вызнать, представляет ли для него хоть какой-то смысл этот пресловутый здоровый образ жизни, но и определить, что он с помощью этого образа жизни будет делать, какие такие цели достигать. Ведь сам по себе отказ от курения не есть конечная цель – он лишь средство, и только как средство обладает определенной ценностью.

Однако если мы пока рассматриваем отказ от курения безотносительно к открывающейся впоследствии перспективе, то он, безусловно, представляет собой желаемый результат, и поэтому, как и предписывается технологией НЛП, должен быть правильно оформлен:

1. Цель – сформулирована утвердительно, т.е. фиксирует то, что вы хотите, а не то, чего не хотите. Что вы хотите вместо того, чего вы не хотите? Например, вместо «хочу не курить», «хочу быть свободным от курения».

2. Желаемый результат сформулирован так, чтоб его достижение не зависело от других людей. (Достижение свободы от курения зависит не от внешних факторов, а от информации, размещенной в нашей собственной голове).

3. Результат сформулирован в категориях сенсорного опыта: что вы увидите, услышите и почувствуете, и это засвидетельствует, что вы достигаете или даже уже достигли того, чего хотели?

4. Результат размещен в контексте: где, когда и с кем вы хотите иметь желаемое?

5. Желаемый результат экологичен, т.е. он без существенных побочных эффектов: он вписывается в ваши планы и в планы окружающих вас людей, он не  наносит вреда вам и вашему окружению.

 

Итак, цель поставлена – желаемое определено. Но… что-то настойчиво мешает нам перетечь из нынешнего в будущее, мешает отринуть привычное и понятное, и шагнуть навстречу новому и неизвестному… От того ль, что не меняемое долго так легко превращается в нечто  болотисто-липкое, тихой сапой засасывающее, парализующее жажду изменений и даже просто жажду?.. И тогда, чтоб выдраться из этой комфортабельной обездвиженности и удобной безнадеги, мы делаем усилие. Вынужденно. Когда не делать становится хуже, чем делать.

Но, даже и в этом случае, если мы не только безусловно-рефлекторные твари, надобно принять решение, бодро ставящее на службу нашу волю и дающее пинка всем нашим дремлющим био-психо-социальным системам.

Что ж так мешает нам принять это простое, но важное решение – отказаться от курения, решение, способное отменить другое решение – решение курить?

Прежде всего,

1. представление о сигарете, как о средстве надежном, способном оказать поддержку в любой момент, в любой ситуации, при любых обстоятельствах;

2. убеждение в том, что вдыхание дыма используется во благо;

3. существование ассоциаций между сигаретой/курением и образами, ставшими символами ресурсности.

Таким образом, сигарета выступает в воображении курильщика в качестве единственного и незаменимого средства, которое к тому же еще и наделяется наиважнейшими ценностными свойствами. Соответственно, все это является информационно-мотивационной базой для создания настроя на обязательность курения в определенных ситуациях, что, в свою очередь, и делает необходимым  продуцирование противоядия, которое, как выше мы уже установили, и есть причина психо-соматического дискомфорта и существования тяги второго типа.

И как же нам теперь избавиться от этой тяги второго типа, если она есть порождение комплекса прокурительных взглядов и убеждений? Быть может, нам тут поможет препарат табекс или никотиновый пластырь, или, на худой конец, дюжина грязных иголок, всаженных в наши развесистые уши?

Медикаментозом по мировоззрению! – как вам это?

Впрочем, не будем изображать отечественную наркологию глупее и вреднее, чем она есть на самом деле. Тем более что она представлена не только такими холуями Алкобизнеса, как Э.А.Бабаян, Н.Н.Иванец, Е.А.Брюн, В.П.Нужный, но и такими блестящими врачами-психиатрами, как Г.М.Энтин, В.А.Рязанцев, А.П.Сугоняко, С.Н.Зайцев и многими другими.

Итак, как же нам избавиться от тяги второго типа?

Учитывая, что курильщик полагает, будто бы табачный дым можно и нужно вдыхать, ибо, как ему мнится, это во благо, а представление о допустимости курения и есть тот фактор, который виновен в появлении тяги, то

1. необходимо довести до курящего информацию о химическом составе дыма, показать, что в сигаретном дыме нет ни одного полезного для организма вещества.

2. В связи с тем, что в дыме нет полезных веществ, показать вредное воздействие его компонентов на органы и системы человека, на психику, на умственные способности, на внешний вид, на взаимоотношения с другими людьми.

Уже сам по себе перечень наносимого ущерба способен указать на смехотворность ожидаемых выгод от курения, а значит, и существенно девальвировать процесс никотинизации. Кроме того, демонстрация получаемого ущерба легко снимает с сигареты маску помощника и обнажает рыло врага, сулящего сиюминутные выгоды, но приводящего к полному проигрышу в стратегическом, в перспективном, в долговременном плане.

3. Поскольку курение, за исключением начального периода приобщения, почти всегда сопровождалось положительной эмоцией, которая и подкрепляла курительный условный рефлекс (привычку), то и ассоциацию, существующую между сигаретой и переживанием удовольствия, конечно же, необходимо не просто устранить, но изменить на прямо противоположную.

Осуществляется это несколькими способами:

1. контрольная сигарета. 

Контрольная сигарета, как подспорье, как обязательный элемент курса была введена мной в 1989 году. История же с ней связанная была таковой.

Проходящим курс по избавлению от табачной зависимости не только предписывалось с вечера на день грядущий планировать точное количество сигарет, не только фиксировать на листике бумаги, носимом с собой или на пачке, точное количество выкуренных, но и количество сделанных затяжек.

Делалось это с единственной целью – иметь наглядное представление о динамике процесса избавления. И вдруг, когда я совершенно случайно предложил обращать внимание еще и на ощущения до курения, во время курения и после курения, а также и на цвет дыма вдыхаемого и выдыхаемого, в дневниках стали массово появляться сообщения о симптомах интоксикации: тошнота, слюнотечение, кашель и т.п.

О возникшем явлении мною было доложено на очередном Всесоюзном семинаре оптималистов. Оказалось, что мои наблюдения совсем не уникальны. Более того, многие преподаватели обогатили мои рекомендации, своими, что в совокупности, как показала практика, это значительно усилило эффект.

Конечно же, явление, с которым пришлось совершенно случайно столкнуться, настоятельно требовало объяснения. Размышляя над данным фактом, я пришел к выводу, что объяснить подобное можно было единственным – фиксацией внимания на том, чем занимаешься. Несколько позже В.Г.Жданов блестяще выразит эту мысль в следующей формулировке: «Сконцентрируйся на пороке, и ты преодолеешь его», и, как всегда откажется от авторства, и припишет его Г.А.Шичко…

Конечно, прав был Н.М.Карамзин, когда писал, подражая известному библейскому тексту (Книга Екклесиаста, гл. 1, ст. 9-10):

Ничто не ново под луною:

Что есть, то было, будет ввек.

И, если хорошенечко порыскать в пыльных анналах культурного наследия, то мы, к удивлению своему, обнаружим, что для устранения нежелательного поведения иные специалисты использовали нами изобретенную методу еще до нашего рождения и в самых разных вариациях. Я бы тут мог вспомнить и о пьесе Уильяма Шекспира «Укрощение строптивой», и о провокационной психотерапии Фрэнка Фаррелли, и о техниках работы с неврозом навязчивых состояний, и о многом другом. Но на тот момент мы, люди психологически необразованные, ничего этого не знали, почему и шли своим путем научных изысканий.

Что же такое «контрольная сигарета»?

Контрольная сигарета – это обязательная сигарета, которая выкуривается так, чтобы максимально нарушить привычный ритуал курения, что, в свою очередь, ломает автоматизм курильщика: стоя, закрыв глаза, зажав пальцами нос, запрокинув голову, при этом сигаретный дым сначала набирается в рот, тщательно прожевывается, внимание фиксируется на ощущениях во рту, затем делается вдох и выдох… И возникает симптоматика заурядной интоксикации: ощущение горечи и жжения во рту, обильное слюнотечение, першение в горле, кашель, сопли, слезы, рвота, головокружение, головная боль, слабость в ногах… То есть, возникает все то, что было когда-то при попытке выкурить самую первую в жизни сигарету.

Отчего же вновь такой букет таких ощущений после стольких-то лет табакокурения?! Ведь совершенно же очевидно, что при курении «по-новому» химический состав дыма не изменился ни на чуть?

Разумеется! Более того, изменилось не воздействие дыма, а реакция на дым.

Дело в том, что курение – занятие, по своей сути, противоестественное; курение это насилие над своим естеством, начинаемое осуществляться либо под воздействием «черной стаи» – своего непосредственного окружения, либо под влиянием референтной группы – лиц, имеющих значимость, авторитет, определенный вес в глазах данного субъекта; курение это всегда отказ от себя слабого, беспомощного, уязвимого и идентификация с тем, что воспринимается, как сила, уверенность, независимость.

Вот почему начинающий токсикоман с таким настырством терпит и преодолевает омерзительные муки самоотравления. И это ему удается. Потому что срабатывает защитный, адаптационный механизм: внимание с отрицательных ощущений смещается на положительно воспринимаемые компоненты курительного ритуала. Более того, сама симптоматика отравления в свете имеющейся ложной информации еще и воспринимается как состояние благополучия, удовлетворенности, безопасности.

Нечто подобное присутствует в стокгольмском синдроме: безысходность вынуждает не замечать производимое насилие, не чувствовать унизительности своего положения и считать, что террорист по своему прав, а потому и оправдывать насильника, и помогать ему и даже активно выступать против своего собственного освобождения.

Так в чем же смысл выкуривания контрольной сигареты?

В смещении внимания с ритуала на ощущения.

Но не только в этом.

Дело в том, что у курильщика на уровне интеллекта есть и признание пагубности курения, и понимание надобности отказа от курения, а вот на уровне эмоциональности – иное: страх получения отдаленных, теоретически возможных последствий поглощения дыма властно перекрывается совершенно реальным страхом оказаться наедине со своими ситуационно-обусловленными беспокойствами, оказаться без надежного, всегда под рукой находящегося помощника, оказаться без сигарет, курение которых, к тому же, как ему помнится, всегда сопровождалось определенным релаксом, удовольствием, повышением чувства безопасности…

Следовательно, наличествует конфликт между эмоциональной и рациональной сферами. А коль так, то рассчитывать на достижение цели самонадеянно и весьма затруднительно. Вспомните басню И.Крылова «Лебедь, щука и рак».

Устранить конфликт – вот назначение контрольной сигареты: новый, сиюминутный опыт, уходя в прошлое, и становясь прошлым, соприкасаясь с опытом уже имеющимся, меняет фон воспоминаний, а значит, оказывает и влияние на выбор, делаемый в будущем.

Или, скажем еще так: сигарета из фактора подкрепляющего условный рефлекс, становится фактором, способствующим угашению условного рефлекса.

2. Переполяризация эмоций. 

Серьезной ошибкой курящего является то, что он своим ощущениям, получаемым с помощью сигареты, приписывает положительность, память о которой  и является фактором, приводящим к возникновению тяги.

В этой связи важно понимать:

во-первых, что эмоция – это телесно-психическая реакция на сделанную оценку;

во-вторых, что ощущения сами по себе никакие – их оценка и последующий чувственный компонент зависят от нашего расположения духа, от нашей точки зрения, от переживаемой потребности, от стоящей перед нами цели и, конечно же, от той информации, в свете которой мы их рассматриваем.

Например, если курильщику нравится возникшее повышение работоспособности после выкуренной сигареты, то до его соображения следует довести ряд известных аксиом.

Все формы психической активности, включая мышление и сознание человека, определяются сложным взаимоотношением процессов возбуждения и торможения, возникающих в корковых клетках под влиянием воздействий из внешней и внутренней среды организма. Это означает, что если что-то где-то тормозится, то где-то что-то в этот же момент и растормаживается.

Например, было утром желание, – оно-то и доминировало, – поваляться еще  чуток в теплой постели, но было желание, – а иначе на работе «шею намылят», – и вставать. Последнее, как вы понимаете, лишь вяло вякало в тиши. И тут вы, сугубо неудовлетворенный внутренней борьбой, закуриваете сигарету. И яды оной за несколько секунд через легкие и с кровью попадают в ваш мозг и, прежде всего, в тот его участок, который наиболее активен. А наиболее активен, как вы понимаете, участок, обозначенный нами, как «желание поваляться». Именно этот участок наиболее интенсивно и орошается кровью, насыщенной ядами, парализующего свойства. И, конечно же, эти яды тормозят доминирующий участок, а значит, растормаживается тот участок мозга, который «хочет вставать».

Вот вам и активность, батенька!

И напрасно наводят, мне думается, иные ученые мужи тень на плетень путая нас какими-то там серотонинами, норадреналинами, дофаминами, ацетилхолинами, эндорфинами и прочей нейромедиаторской хренью.

Еще пример.

Стресс. Человек взволнован, нервно-суетен, мелко и быстро дышит. И – закуривает. И – успокаивается. И даже чувствует при этом некоторое удовольствие…

Так вот, пока курильщик будет воображать, будто бы с помощью курения он избавляется от стресса, успокаивается, да еще при этом получает положительную эмоцию, ему теперь всякий раз при очередном возникновении напряжения не только придется вынужденно вспоминать о сигарете, но еще и неизменно испытывать к ней тягу. Поэтому наша задача, задача ликвидаторов тяги заключается в том, чтобы растолковать ему, что снятие напряжения с помощью курения в данном случае получено за счет:

1. парализации нервной системы,

2. торможения доминантного очага в коре головного мозга,

3. резкого снижения поступления кислорода в мозг, в том числе за счет спазмирования сосудов, снижения способности клеток воспринимать кислород из притекающей крови и насыщения крови углекислым газом, что приводит к ухудшению мыслительных процессов, к ухудшению способности осознавать проблемность момента, а, соответственно, и к устранению беспокойства. Немецкий поэт И.Гете по этому поводу высказался яснее некуда: «От курения тупеешь».

Тупому – «все по барабану». У него «нет проблем». И он – удовлетворен.

Но… курильщик, чтоб в конце концов, не остаться в дураках, просто обязан знать: насильственное сужение, спазмирование кровеносных сосудов, особенно головного мозга и сердца, с их последующими структурными изменениями, неизбежно приводит к развитию атеросклероза, стенокардии,  гипертонии, сердечно-сосудистой недостаточности, и далее к инвалидности и преждевременной смерти… Причем, дело даже не в той катастрофе, которая маячит в отдалении – курильщик уже сейчас, уже во время курения получает широчайший ассортимент телесно-психического ущерба, который он, пользуясь ложной и недостаточной информацией, воспринимает за нечто, приятно ощущаемое.

 

3. Изменение воспоминаний о приятных переживаниях.

Как мы уже говорили, память о приятных переживаниях в значительной степени определяет выбор тех средств, которые мы используем для решения возникающих проблем. Поэтому так важно внести необходимые коррективы в личностную историю курильщика.

Мне представляется, что наиболее успешно это помогает осуществлять техника, получившая в нейро-лингвистическом программировании название коллапс якорей. В моем исполнении данная техника выглядит следующим образом (стенограмма):

«Я: Я попрошу вас просканировать свое прошлое, и найти там такую сигарету, которую вы выкуривали с удовольствием.

Клиент: Нашел.

Я: Хорошо. Теперь я попрошу вас, находясь там в своем теле занять позицию за минуту до курения, разобраться с тем, что там за ситуация, какие у вас ощущения, что вы видите, слышите… И после этого возьмите сигарету и закурите. И по мере того, как вы будете вдыхать и выдыхать дым, я хочу, чтобы вы обратили внимание на те, приятные ощущения, которые при этом имеются. И потом обратите внимание на то, где они локализуют – в области живота, груди, лица… И по мере того, как вы будете получать от курения приятные ощущения, пусть ваш левый кулачок начнет сжиматься. И когда вы определитесь с тем, где и какие у вас приятные ощущения от выкуриваемой сигареты, разожмите кулачок и откройте глаза.

(Клиент открывает глаза, разжимает кулак).

Хорошо.

Но, как вы мне говорили, что были и другие сигареты – очень неприятные?

Вспомните одну из таких сигарет. Быть может, она была на днях… Быть может, очень давно… Быть может, вы вспомните одну из первых своих сигарет…

Нашли такую сигарету?

Хорошо.

А теперь я хочу, чтобы вы поместили себя в своих воспоминаниях за минуту до выкуривания этой сигареты. И затем начали продвигаться к этой сигарете. И взяли эту сигарету и прикурили ее. И по мере того, как у вас будут появляться неприятные сигареты от выкуривания этой сигареты, я хочу, чтобы ваш правый кулачок начал сжиматься… И когда вы выясните, какие именно неприятные ощущения, и где именно ощущаются эти неприятные ощущения, не открывая глаз, кивните мне головой.

(Клиент кивает).

Хорошо.

А теперь я хочу, чтобы вспомнили самый неприятный звук, который вы когда-либо слышали. Например, звук бормашины… Когда вы сидите в кресле стоматолога. И неприятный запах. Вспомните неприятный запах. Например, запах гнилого зуба… Который дымится у вас во рту… И неприятный цвет. Например, гной и кровь… И еще то, что вы ни при каких условиях не возьмете в руки. Потому что это у вас вызывает отвращение, спазмы в животе, тошноту, рвоту. Представьте, что это уже оказалось у вас в правой руке…

Хорошо.

А теперь откройте глаза. Разожмите кулак.

Сегодня какое число?

Хорошо.

А теперь я хочу, чтобы вы вспомнили еще раз ту, первую сигарету, выкуривание которой сопровождалось приятными ощущениями. И как только рука с сигаретой приблизится к губам, я хочу, чтобы вы сжали оба кулака одновременно. И продолжали курить ту сигарету, и обращали внимание на ощущения…

(По лицу клиента видно, что мысленное выкуривание сигареты не доставляет ему удовольствие).

Хорошо.

Откройте глаза.

А теперь подумайте, где сегодня или завтра вам могут предложить сигарету? Что это за ситуация?

Представьте ее. Поместите себя за минуту до курения. И как только сигарета пойдет ко рту, я хочу, чтобы у вас сжался правый кулачок. И вы делаете затяжку… И побудьте в этом состоянии. И определите, какие теперь у вас ощущения…

Хорошо».

(Здесь не место, я полагаю, знакомить несведущих с азами НЛП. Поэтому, да простят мне иные читатели, я отсылаю интересующихся к соответствующей литературе, хорошо представленной, в частности, на сайте http://lib.ru/NLP/).

4. Устранение ассоциаций между сигаретой и позитивами.

Ассоциации это именно то, что заставляет человека не смотря на кашель, сопли и слезы, продолжать курить снова и снова, когда он только начинает приобщаться к курению, и эти же ассоциации порождают однажды тягу после того, как он бросил курить2.

И.М.Сеченов писал: «…ассоциация представляет обыкновенно последовательный ряд рефлексов, в котором конец каждого предыдущего сливается с началом последующего во времени.

…ассоциация есть столько же цельное ощущение, как и любое чисто зрительное, чисто слуховое, только тянется обыкновенно дольше, да характер ее беспрерывно меняется»3.

Современная психология выделяет целый ряд ассоциаций: по смежности, по сходству, по контрасту и т.д.

Когда курильщик начинает приобщаться к курению, он запоминает последовательно выполняемые движения, между которыми устанавливаются связи,  носящие название ассоциаций по смежности. Благодаря этим связям нервные процессы, обеспечивающие выполнение одного движения, вызывают действие нервных процессов, связанных с выполнением следующих, в результате чего курильщик выполняем весь курительный процесс в целом.

В ассоциации по смежности главную роль играют пространственные и временные отношения между предметами и явлениями. «Пространственная» связь возникает, когда, воспринимая один предмет, мы воспринимаем и то, что рядом с этим предметом (в его пространстве): сигарета в руке курильщика ассоциируется с его мужеством, уверенностью, независимость… Ассоциации «по времени»: за возникновением, например, неудовлетворенности немедленно появляется сигарета, и между первым и вторым возникает определенное взаимодействие.

Ассоциация по сходству: с ней мы имеем дело в тех случаях, когда восприятие одного курильщика вызывает в памяти воспоминание о другом курильщике, хотя последний никогда не воспринимался нами совместно или рядом с первым.

Близки по своей форме к ассоциациям по сходству ассоциации по контрасту, при которых восприятие, например, человека, переживающего неудачу, вызывает в памяти воспоминание о человеке, находящимся в состоянии успешно преодолевающем неудачу с помощью курения.

Нейтрализация ассоциаций обессмысливает саму сигарету, как средство достижения цели и сам процесс курения, и, соответственно, делает невозможным существование тяги.

*  *  *

Табачная зависимость это состояние несвободы, обусловленное наличием тяги, порабощающей человеческую волю. Природа табачной зависимости темна и непонятна для самого курильщика, а от того ее владычество, бесцеремонно сминающее естественные человеческие интересы, тотально и внеконкурентно. И есть только один путь достойного освобождения от господства табачного наркотизма – постижение самой сути тяги. Знание это именно та сила, которая оплодотворяет человеческую волю и позволяет стать сознательно свободным человеком. Знание это именно тот свет, который способен рассеять порочное, злое невежество и восстановить в правах естество, и даровать утраченное право быть здоровым,  свободным и счастливым человеком.

Е.Батраков

Декабрь 2010 г. – январь 2011 г.

Литература:

1. С.И.Ожегов. Словарь русского языка. М., «Русский язык», 1978, с.751.

2. См. Л.Камерон-Бандлер, Д.Гордон, М.Лебо. Ноу-хау. Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997, с.141.

3. И. М. Сеченов. Психология поведения. Москва-Воронеж, 1995, с.96.

Опубликовано: «Оптималист», №2 (145), февраль 2011 г.

Please follow and like us:

Добавить комментарий